Прения сторон в уголовном

Прения сторон в уголовном процессе

Прения сторон в уголовном

Прения сторон являются одним из важнейших элементов судебного разбирательства уголовного дела. «Судебные прения – одна из частей судебного заседания, где стороны наиболее активно реализуют свое право на отстаивание собственной позиции по уголовному делу. Прения сторон состоят из речей обвинителя и защитника… Судебные прения есть состязание сторон в споре»[1].

Участие защитника в судебных прениях должно оказывать существенное влияние на формирование убеждений судей и присяжных заседателей при оценке судом всех обстоятельств дела. На этом этапе подытоживается вся напряженная, кропотливая работа, проведенная на предыдущих стадиях.

Участие в судебных прениях дает защитнику возможность подвергнуть развернутой критике версию обвинения и изложить суду все доводы в пользу подсудимого.

При этом, не боясь затрагивать острые вопросы, защитнику необходимо помнить, что ценность критики в ее правдивости, в общественной значимости поднимаемых вопросов.

Как и вся судебная деятельность защитника, участие в прениях имеет целью убедить судей в правильности позиции защитника, склонить их к благоприятному для подсудимого решению.

Участие в судебных прениях – важное право сторон и предпосылка постановления правосудного приговора.

Защитительная речь адвоката

Адвокат, выступающий в прениях, произносит речь, называемую “защитительная речь”. Это вид судебной речи. По определению Т.Л. Живулиной и С.В. Травина «судебная речь – это публичное выступление, которое представляет собой изложение выводов оратора по конкретному делу и его возражения оппоненту» .

В каждом отдельном случае содержание речи адвоката определяется конкретными задачами защиты по делу, которые, в свою очередь, обусловлены характером преступления и другими особенностями дела, а также собранными доказательствами. Но независимо от обстоятельств дела каждая речь защитника включает в себя определенные составные части такие как:

· позиция по делу;

· вступление;

· анализ и оценка доказательств;

· данные, характеризующие личность подсудимого;

· анализ причин, способствовавших совершению преступления;

· вопросы, связанные с применением наказания или освобождения от него;

· вопросы, связанные с разрешением гражданского иска;

· заключение.

В защитительной речи внимание суда обращается, прежде всего, на обстоятельства, оправдывающие, исключающие или смягчающие ответственность подсудимого. Но при этом адвокат должен также подвергнуть критическому разбору доводы и доказательства, на которые ссылается обвинение. Свою речь защитник строит так, чтобы полемика не перерастала в личные выпады против процессуального противника.

Тщательно подготовленная и искусно произнесенная защитительная речь имеет большое общественное значение.

Если обвинение необоснованно, оно подвергается защитником критике, в которой показывается и общественная опасность уголовного преследования за недоказанное преступление.

Если же защитник обвинение не оспаривает, то его дополнения к тому, что сказал или забыл сказать об опасности преступления обвинитель, будут не чем иным, как нарушением обязанностей по защите, переходом на позицию обвинения.

Рассматривая вопрос о пределах доказывания участников судебных прений, нельзя не остановиться на случае отказа прокурора от обвинения. При отказе прокурора от поддержания обвинения задача защитника упрощается.

Не смотря на то, что такой отказ для суда обязателен м влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части (часть 7 статьи 246 УПК РФ), защитник должен не просто присоединиться к прокурору, а произнести развернутую защитительную речь и обстоятельно разобрать в ней все доводы и доказательства. При этом защитник может изложить в пользу подсудимого то, чего не сказал отказавшийся от обвинения прокурор. Они могут расходиться в мотивах и основаниях, по которым должен быть вынесен оправдательный приговор. Эти расхождения защитнику необходимо осветить и свой вывод аргументировать в речи.

Процессуальная позиция и содержание защитительной речи предопределены процессуальной функцией защитника. Защитник нужен в процессе для защиты. Поэтому приходится решительно возражать против речи, в которой защитник просит вынести более мягкий обвинительный приговор, в то время как подсудимый виновным себя не считает.

В судебной практике встречаются случаи, когда подсудимый перед судебными прениями отказывается от защитника по мотиву несогласия с его позицией.

Такие явления не содействуют осуществлению правосудия, а поэтому нельзя ограничиться констатацией того, что в этом случае подсудимый сам вправе произнести защитительную речь в судебных прениях.

Подсудимый отказывается от защитника, потому что еще в судебном следствии выявилось его нежелание или неспособность вести защиту. Это не добровольный, а вынужденный отказ от защитника, и при такой ситуации необходимо обеспечить его замену.

Произнесение полноценной защитительной речи (особенно по сложному делу) требует тщательной подготовки. Суд обязан удовлетворить ходатайство защитника о предоставлении времени, необходимого для подготовки речи.

Как отмечалось выше, защитник выступает в судебных прениях после государственного или частного обвинителей, гражданского истца, гражданского ответчика или их представителей.

Такой порядок прений благоприятствует установлению истины и обеспечению права на защиту.

Отступление от вытекающего из уголовно-процессуального закона порядка судебных прений является нарушением права обвиняемого на защиту.

По делам, в которых участвует несколько защитников, они сами должны обсудить очередность произнесения защитительных речей и в письменной форме представить суду свое предложение. Обсуждая данный вопрос, необходимо стремиться к тому, чтобы выступления защитников представляли собой стройное изложение защитительных доводов, а не нагромождение случайно следующих друг за другом речей.

При противоречивых интересах подсудимых каждый из них обязательно обеспечивается защитником. Поскольку в таких ситуациях не исключена дискуссия между защитниками, сначала должны выступать те из них, которые могут опровергнуть необоснованные утверждения других подсудимых.

При таком порядке создаются наилучшие условия для защиты последних, их защитники получают возможность оспаривать не только доводы обвинителей, но и других защитников. Если этот порядок не нарушается в предложениях защитников о последовательности их выступлений в прениях, он должен быть принят судом.

В том случае, когда защитники предлагают отступить от такого порядка или не пришли к соглашению, последовательность произнесения защитительных речей определяется судом.

Адвокату очень важно придерживаться строгих рамок делового спора, стремиться ограничить защиту тем минимумом, который действительно необходим для опровержения обвинения или смягчения ответственности подзащитного.

Не имея достаточных оснований, защитник не вправе перекладывать вину подзащитного на других лиц или, приуменьшать ее за счет отягчения вины последних. Тем более, недопустимо ухудшать положение других лиц, когда этого не требуют интересы подзащитного.

Конечно же, в своей защитительной речи адвокат не может оставить без возражения необоснованные утверждения о подзащитном со стороны других обвиняемых или их защитников. Однако он призван защищать, а не обвинять кого-либо и не должен выполнять не свойственные ему функции.

Поэтому мы полностью согласны с мнением Т.Л. Живулиной и С.В. Травина, которые считают, что защитник должен быть предельно тактичным и сдержанным в отношении тех обвиняемых, против которых направлена его аргументация.

Недопустимо ухудшать положение других лиц, когда это не вызывается крайней необходимостью.

Обвиняемые могут оговаривать друг друга, но борьба между ними не должна, влечь такой же борьбы между их защитниками. Отношения между адвокатами, защищающими обвиняемых с противоречивыми интересами, должны отличаться сдержанностью и уважением к товарищу по защите, что воспринимается как проявление скромности, которая всегда украшает оратора и порождает к нему доверие.

Поскольку разобщенность между защитниками ослабляет защиту, защитники, если материалы дела позволяют, должны стремиться к единству и координации усилий по защите.

Защита в процессе с несколькими подсудимыми – это не обособленные выступления отдельных защитников, а целеустремленная коллективная деятельность всех представителей защиты.

Противоречивые интересы подсудимых не исключают солидарности защитников в отстаивании положений, относящихся к защите всех или ряда подсудимых. Это касается не только защитительных речей, но и заявлений и ходатайств.

Например, ходатайство одного защитника может иметь важное значение для всего дела, и тогда оно в той или иной мере касается всех участников процесса, в таком случае несколько защитников могут поддержать ходатайство, хотя не к каждому из их подзащитных заявленное ходатайство имеет непосредственное отношение.

Суд не может ограничивать продолжительность судебных прений. Очень важно и то, что суд не должен допускать ограничений участникам судебных прений при изложении ими доводов по существу обвинения.

Однако председательствующий вправе останавливать участвующих в прениях лиц, если они касаются обстоятельств, не имеющих отношения к рассматриваемому уголовному делу, а также доказательств, признанных недопустимыми (часть 5 статьи 292 УПК РФ)

Вместе с тем, в защитительная речь адвоката нередко связана с высказываниями по разнообразным вопросам, не имеющим, казалось бы, прямого отношения к рассматриваемому делу, но, в сущности, тесно связанным с ним.

В данном случае, если председательствующий спешит остановить всякое общее рассуждение защитника, как не имеющее отношения к делу, защитник вправе заявить свои возражения и просить о занесении их в протокол судебного заседания (часть 3 статьи 243 УПК РФ).

Но чем большая свобода действий предоставляется адвокату, тем обдуманнее он должен пользоваться ею.

Последнее слово подсудимого отличается от его объяснений в ходе судебного следствия. Вместе с тем последнее слово входит в состав защиты, является ее продолжением. Поэтому защитник должен посоветовать подсудимому, что и как сказать в последнем слове.

Источник: https://cyberpedia.su/12x12ab7.html

Брянская Е.В. 3.2. Прения сторон как элемент аргументации по уголовному делу

Прения сторон в уголовном

Одной из характерных черт состязательного типа уголовного процесса является такой этап судебного разбирательства, как прения участников со стороны защиты и обвинения. Именно в прениях сторон наиболее ярко проявляется аргументация, в частности, стороны посредством оценки доказательств убеждают суд в своей правоте.

Наиболее сильные аргументы закладываются в основу речей сторон. Как отмечают современные авторы: «В своих выступлениях участники не только излагают свои соображения по делу, но и стремятся убедить суд в своей правоте, в правильности своих выводов.

Основными участниками прений являются обвинитель и защитник либо подсудимый при отсутствии защитника» [1] .

Поскольку прения сторон являются самостоятельной частью судебного разбирательства, которая следует после окончания судебного следствия, участники излагают свои аргументы и выводы об обстоятельствах по уголовному делу, входящих в предмет доказывания. Прения сторон, это такой этап судебного разбирательства, без которого нет состязательности в уголовном процессе.

В основе прений сторон заложена свобода мысли и свобода слова, разумеется в рамках относимости к сущности рассматриваемого дела в суде. В этой связи А. Я. Сухарева, В. Д. Зорыкина, В. С.

 Крутских верно полагают, что состязательность это демократический принцип судопроизводства, согласно которому разбирательство дела происходит в форме спора сторон в судебном заседании [2] . Спор может быть состоятелен при условии свободы мышления и свободы слова.

В любом случае целью спора выступает достижение истины по уголовному делу. Еще в 1910 г. М. В. Духовской писал, что сущность состязательного процесса в том и заключается, что каждая сторона выполняет свою роль, а это именно и служит средством к раскрытию истины [3] .

Спорным в научной литературе является вопрос об активности сторон и активности суда в исследовании доказательств. В прениях сторон суд занимает пассивную роль, он всего лишь выслушивает умозаключения сторон по результатам судебного следствия в виде судебных речей.

В то же время, по мнению И. Я.

 Фойницкого, «суд остается самостоятельным органом закона, применяя последний по его точному значению и не стесняясь в этом отношении теми толкованиями, которые исходят от сторон… Потому же состязательность процесса не лишает суд права и обязанности давать ответ, соответствующий объективной, действительной, или материальной, истине, и отнюдь не требует, чтобы он довольствовался истиной формальной, как ее понимают и устанавливают стороны. Суд уголовный может и даже обязан употребить все находящиеся в распоряжении его средства для полного разъяснения себе дела. Роль уголовного судьи в процессе далеко не пассивная… Задача уголовного суда есть открытие в каждом деле безусловной истины. В стремлении к этой цели суд не может принимать в уважение желания сторон – ни того, что сам подсудимый не хочет оправдывать свою невиновность, ни того, что сам обвинитель потворствует виновному» [4] . Думается, что данное мнение достаточно справедливое. Суд не ограничивает свое познание по уголовному делу только тем, что предоставляют для исследования и оценки стороны.

В уголовном судопроизводстве крайне не желательна абсолютная пассивность суда. Вынесенный по уголовному делу приговор должен быть не только законным, но и справедливым. Именно суд должен показать, что разбирательство уголовного дела имеет своим результатом отыскание и провозглашение истины.

Суд при всех условиях государственной деятельности остается органом правосудия, и надлежащая организация его деятельности осуществима только при сохранении тех начал процесса, которые подсказываются развитием правовой культуры. А это развитие приводило и приводит к торжеству состязательного начала [5] .

В условиях состязательности судебные прения – это речи сторон, основное место в которых занимает деятельность по подготовке и изложению обвинительной речи прокурора и защитительной речи адвоката [6] . Г. И.

 Загорский полагает то, что судебные прения состоят из речей обвинителя и защитника, если же уголовное дело рассматривается без участия защитника, в прениях сторон участвует подсудимый.

В прениях сторон могут также участвовать потерпевший и его представитель, а гражданский истец, гражданский ответчик, их представители и подсудимый вправе ходатайствовать об участии в судебных прениях [7] . В данном определении судебные прения рассматриваются как участие сторон с речами. Такой же позиции придерживаются и иные представители уголовно-процессуальной науки [8] .

По нашему мнению, деятельность в прениях сторон является наиболее активной, в этой завершающей стадии состязания (спора) стороны получают возможность, анализируя все обстоятельства дела с разных позиций, способствовать формированию внутреннего убеждения судей, объективной оценке ими собранных доказательств и, следовательно, постановлению законного и обоснованного приговора [9] .

Помимо того, что судебные прения состоят из речей государственного обвинителя, а также защитника или подсудимого (в случае, если защитник в судебном заседании не участвует) – в прениях могут также участвовать потерпевший или его представитель.

Необходимо отметить, что впервые было подтверждено право потерпевшего участвовать в прениях, исходя из принципов состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве Постановлением Конституционного Суда РФ от
15 января 1999 г.

по делу о проверке конституционности положений чч. 1 и 2 ст. 295 УПК РСФСР [10] .

На основании ч. 1 и 2 ст. 292 УПК РФ гражданский истец, гражданский ответчик, их представители и подсудимый, имеющий защитника, вправе заявить ходатайство об участии в судебных прениях. Из содержания ст. 292 УПК РФ очевидно то, что перечисленные участники имеют право участвовать в прениях, но не обязаны.

Участие в прениях сторон в качестве обязанности предусмотрено в законе для прокурора и защитника.

Подсудимый может отказаться от выступления с защитительной речью, но непредоставление ему такой возможности расценивается как ограничение права на защиту, что элементарно повлечет отмену приговора вышестоящей инстанцией суда.

Содержательная часть прений ограничена результатами судебного следствия. На основании ч. 4 ст. 292 УПК РФ участники прений сторон не вправе ссылаться на доказательства, которые не рассматривались в судебном заседании или признаны судом недопустимыми. Кроме того, ст.

 294 УПК РФ гласит о том, что если участники прений сторон или подсудимый в последнем слове сообщат о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, или заявят о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства, то суд вправе возобновить судебное следствие.

По окончании возобновленного судебного следствия суд вновь открывает прения сторон и предоставляет подсудимому последнее слово.

Суд не вправе ограничивать продолжительность прений сторон.

При этом председательствующий вправе останавливать участвующих в прениях лиц, если они касаются обстоятельств, не имеющих отношения к рассматриваемому уголовному делу, а также доказательств, признанных недопустимыми.

В этом плане суд уже оценивает сущность оценки доказательств сторонами на предмет относимости и допустимости излагаемых позиций о доказательствах в судебных речах.

Участникам судебных прений дано право реплики. В ч. 6 ст. 292 УПК РФ закреплено положение о том, что после произнесения речей всеми участниками прений сторон каждый из них может выступить еще один раз с репликой.

Право последней реплики принадлежит подсудимому или его защитнику [11] .

Почему последним выступает защитник и подсудимый? По нашему мнению, такое положение служит реализацией принципа презумпции невиновности, более того, поскольку «защитник» защищается, обороняет своего подзащитного, соответственно прокурор выступает в роли «нападающего».

Однако функции обвинения и защиты должны быть не столько в достижении своей цели любой ценой, а сколько, как писал М. В.

 Духовской: «…главная задача обвинения и защиты во время судебных прений заключается не только в том, чтобы добиться оправдания или обвинения, но и в том, чтобы помочь, насколько возможно, безошибочному вердикту суда.

Кроме общей задачи, каждый из органов преследует и свою специальную (защитить или обвинить), но эту деятельность они должны согласовать с коренною целью – служение правосудию.

В виду этого нельзя считать допустимою в прениях натяжку в фактах, неверное освещение, искажение обстоятельств дела, хотя бы это было полезно в целях обвинения и защиты» [12] .

В этой связи нужно признать справедливым и мнение тех авторов, которые полагают, что прения сторон предназначены для усиления сторонами своих позиций. Действительно, судебные прения предваряют приговор суда, хотя к моменту открытия прений сторонам и суду абсолютно ясна позиция друг друга, сложившаяся как результат исследования доказательств. Именно поэтому задачами сторон в прениях является построение своей итоговой речи так, чтобы рассеять остатки сомнений или укрепить уверенность судей в обоснованности представляемой позиции [13] .

Элемент аргументации в этом вопросе заключается в том, что судебные прения заключаются в первую очередь не на красноречии прокурора и защитника, а на обеспечении полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела, на вынесение законного и обоснованного приговора в соответствии с нормами УПК РФ [14] .

Аргументация важна потому, что анализу в прениях сторон придаются доказательства, которые имеют наиболее убедительное воздействие для суда. Соответственно им придается наибольшая юридическая сила. Судебные прения предназначены для того, чтобы обратить внимание судей со стороны обвинения и защиты на свою трактовку события, обстоятельств преступления и личности виновного.

Поэтому судебные речи прокурора и адвоката обеспечивают активизацию мыслительной деятельности судей по анализу и синтезу всех воспринятых в ходе судебного следствия фактов, помощь в выявлении спорных, противоречивых фактов по материалам уголовного дела, правильное определение круга вопросов, которые необходимо будет разрешить в совещательной комнате [15] .

Судебные прения, посредством аргументации, предназначены для оказания воздействия на активную мыслительную деятельность судей.

Сущность прений заключается в том, что суд выносит приговор по своему внутреннему убеждению, но в силу принципа состязательности сторон, основывает его на аргументации сторонами, на доказательствах и тех доводах, которые приводят стороны в ходе судебного следствия и прений сторон.

Прения сторон должны быть результативными, поскольку от них зависит и эффективность приговора суда. Судебные прения выполняют прогностическую роль для приговора суда.

В этой связи судебные прения должны быть обусловлены точным применением норм материального и процессуального закона, также и познаниями логики и психологии воздействия на внутреннее убеждение суда [16] .

Суд при оценке доказательств использует свое внутреннее убеждение, однако и конечный результат деятельности по оценке доказательств представляет собой опять же внутреннее убеждение судьи в правильности выводов, к которым он пришел.

Внутреннее убеждение как результат достигается лишь при наличии определенной совокупности доказательств и выражается в форме вывода, решения о доказанности или недоказанности фактов по результатам судебных прений.

Однако субъекты оценки не связаны в определении силы, значения доказательств и предварительной оценкой доказательств, данной ими, а равно оценкой доказательств, данной другими органами на любой стадии процесса.

В частности, не могут быть даны обязательные указания о том, какие доказательства считать достоверными, какие выводы по делу должны быть сделаны; не связаны законом в определенном количестве доказательств; в законе отсутствуют какие-либо правила о преимуществах одного вида доказательств перед другим или о заранее установленной силе определенного количества доказательств; законом устанавливается невмешательство в оценочную деятельность; законом устанавливается независимость судей, подчинение их только закону.

Совокупность доказательств составляют данные, относящиеся ко всем признакам состава преступления. Игнорирование доказательств, противоречащих обвинению, влечет односторонность оценки.

Оценить всю совокупность доказательств – это значит решить вопрос, приводят ли они к достоверному выводу обо всех обстоятельствах, входящих в предмет доказывания.

Подход к оценке доказательств на любой стадии включает непредвзятость, отсутствие предустановленности, независимость.

Койсин А. А. Роль адвоката при выступлении в судебных прениях // Бюл. Упр. Судеб. департамента при Верхов. Суде РФ в Иркут. обл. Иркутск, 2001. Вып. 9. С. 88–91.

Большой юридический словарь / под ред. А. Я. Сухарева, В. Д. Зорыкина, В. С. Крутских. М., 1994. С. 646.

Духовской М. В. Русский уголовный процесс. М., 1910. С. 114.

Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. Л., 1953. С. 55–64.

Розин Н. Н. Уголовное судопроизводство. СПб., 1914. С. 300–302.

Строгович М. С. Указ. соч. С. 301.

Загорский Г. И. Актуальные проблемы судебного разбирательства по уголовным делам : учеб.-практ. пособие. М., 2011. С. 112.

Источник: http://kalinovsky-k.narod.ru/b/brynskay_2015/3-2.htm

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.