Признаки заведомо неправосудного решения

Заведомо неправосудный судебный акт

Признаки заведомо неправосудного решения

Марат Гареев, кандидат юридических наук, г. Альметьевск.

В следственной и судебной практике нередко возникают вопросы, связанные с привлечением к уголовной ответственности лиц, осуществляющих правосудие по ст.

305 Уголовного кодекса РФ и вынесших заведомо неправосудный приговор, решение или какой-либо иной судебный акт.

Каким образом в правоприменительной практике можно разграничить данный состав преступления от дисциплинарного проступка или профессиональной ошибки…

Теория и практика

В теории уголовного права для квалификации любого преступления необходимо выделять объект, объективную сторону, субъект, субъективную сторону и некоторые факультативные признаки, характерные для конкретного состава преступления.

Объектом преступления, предусмотренного ст. 305 УК РФ, выделяют интересы правосудия, авторитет и нормальное функционирование судебной власти. Состав данного преступления не только подрывает устои судебной власти, но и наносит ущерб авторитету государственной власти в целом.

Особенно это ощущается, если решение или приговор вынесены от имени Российской Федерации. В то же время для квалификации данного деяния не имеет значения, какой судебный акт выносится лицом, осуществляющим правосудие: приговор, решение суда, вердикт, постановление, определение и т.д.

Объективную сторону преступления образует вынесение неправосудного судебного акта, который не вступил в законную силу.

Данное обстоятельство является существенным основанием для привлечения указанных лиц к уголовной ответственности в связи с вынесением заведомо неправосудных судебных актов.

Вступление судебных актов в законную силу является препятствием для возбуждения уголовного дела (ст. 305 УК РФ). На данное обстоятельство обратил внимание КС РФ в Постановлении от 18.10.

2011, указав: “Вступивший в законную силу, неотмененный и неизмененный судебный акт не может рассматриваться как неправосудный, поскольку отсутствие подтверждения в установленном порядке незаконности и необоснованности этого судебного акта вышестоящей судебной инстанцией презюмирует его правосудность.

При осуществлении уголовного преследования в отношении судьи за деяние, совершенное им в процессе осуществления правосудия, должен, безусловно, учитываться принцип обязательности судебных актов, их неукоснительное соблюдение на всей территории Российской Федерации и опровержимости только в судебном порядке, который вытекает из положений ст. 10, ч. 1 ст. 11, ст. 18, ч. 1 ст. 118, ч. 1 ст. 120 Конституции РФ и закрепленный в Федеральных конституционных законах “О судебной системе Российской Федерации”, “О судах общей юрисдикции в Российской Федерации”, а также в соответствующих нормах процессуального законодательства принцип обязательности судебных актов, их неукоснительном исполнении на всей территории Российской Федерации и опровержимости только в судебном порядке в специальных, предусмотренных законом процедурах”.

Установить субъективную сторону

Под вынесением судебного акта, то есть совершением определенных действий, можно понимать его оглашение перед участниками судебного разбирательства или иными лицами, присутствующими во время данного разбирательства.

Также действиями, направленными на вынесение судебного акта, может считаться подпись судьи или состава суда (если дело рассматривалось с участием коллегии из трех профессиональных судей или присяжных (арбитражных) заседателей), поставленная в судебном акте и в протоколе судебного заседания.

Последний случай применяется к ситуациям, когда неправосудный судебный акт выносится в кабинете судьи без проведения судебного заседания и его оглашения участникам процесса и иным присутствующим лицам, а порой без извещения участников судебного разбирательства.

Указанное выше дает основание считать состав преступления формальным, поскольку для квалификации данного преступления достаточно вынесения судебного акта. При этом не требуется наступления последствий в виде причинения вреда для граждан, организации или государства.

Данные моменты характерны для квалификации по ч. 1 ст. 305 УК РФ, поскольку в ч. 2 ст. 305 УК РФ предусмотрено наступление иных тяжких последствий. Для квалификации преступления по ст.

305 УК РФ не имеет правового значения, какими мотивами руководствовалось лицо, осуществляющее правосудие.

Субъектом преступления является не только судья, наделенный судейскими полномочиями в соответствии с Законом РФ от 26.06.

1992 N 3132-1 “О статусе судей в Российской Федерации”, но и иные лица, обладающие правом осуществлять правосудие, к которым могут быть отнесены присяжные и арбитражные заседатели, наделенные полномочиями в установленном законом порядке.

В правоприменительной практике необходимо установить субъективную сторону, являющуюся существенной, которая будет свидетельствовать о прямом умысле, направленном на вынесение заведомо неправосудного судебного акта.

О совершении определенных действий по вынесению такого акта могут свидетельствовать некоторые факты, к которым можно отнести нарушение правил подведомственности и подсудности, неправильное определение обстоятельств, назначение меньшего либо большего наказания при разрешении уголовного дела или дела об административном правонарушении и др. Однако и эти факты не могут служить основанием для квалификации преступления, предусмотренного ст. 305 УК РФ. В данной ситуации необходимо отграничивать уголовно наказуемое деяние от других явлений.

Профессиональная ошибка?

Обоснованно указывает Л. Иногамова-Хегай об отсутствии состава преступления в действиях судьи, если вынесение судебного акта вызвано его профессиональной ошибкой в результате недостаточной компетентности, небрежности или недобросовестности . А.

Чучаев отмечает необходимость разграничения дисциплинарного проступка, совершенного судьей при вынесении судебного акта и его заведомо неправосудном характере .

Тем более отмена судебного акта не может свидетельствовать о вынесении лицом, осуществляющим правосудие, заведомо неправосудного акта, поскольку не исключается судебная ошибка второй судебной инстанции. Для квалификации преступления по ст. 305 УК РФ необходимо установить, что судебный акт является именно заведомо неправосудным.

В Толковом словаре русского языка слово “заведомо” раскрывается как “хорошо известный, несомненный” . Исходя из филологических аспектов слова “заведомо” применительно к квалификации данного преступления необходимо установить прямой умысел лица, осуществляющего правосудие, который будет направлен на вынесение подобного судебного акта.

Источник: https://WiseLawyer.ru/poleznoe/59951-zavedomo-nepravosudnyj-sudebnyj

СМИ

Признаки заведомо неправосудного решения
Когда судья заведомо не прав…

В.В.Кузнецов,Председатель Высшей квалификационной коллегии судей

Российской Федерации.

Сначала несколько цифр. В 2005 году Генеральный прокурор РФ 26 раз вносил представления в различные суды страны, в которых просил суд дать заключение о наличии в действиях судей признаков преступления. Только в двух случаях суды не усмотрели таких признаков.

В 17 случаях в этих представлениях ставился вопрос о наличии в действиях судей признаков преступления по статье 305 УК Российской Федерации – вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта.

В квалификационные коллегии судей Генеральный прокурор РФ 18 раз обращался с представлениями о даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судей и не получил согласия только в одном случае. Та же  305-ая статья «присутствовала» в 13 из этих представлений.

  В законе есть четкое определение действиям судей, подпадающим под квалификацию по этой статье –  преступления против правосудия. В зависимости от содержания незаконного судебного акта и его последствий для граждан и общества такие преступления относятся к преступлениям средней тяжести или тяжким и влекут наказание до 10 лет лишения свободы.

Далеко не всякое неправильное судебное решение является заведомо неправосудным. От ошибок никто не застрахован, в том числе и судья. И за свои ошибки судьи тоже могут понести ответственность и по закону и по Кодексу судейской этики.

 Но сейчас мы говорим только о тех и таких незаконных судебных актах, которые выносятся судьей осознанно, с прямым умыслом  на совершение  преступления, с ясным пониманием смысла своих действий и их последствий. Заведомость, по В. И. Далю, это осведомленность, несомненность, достоверность, неоспоримость.

Эта осведомленность судьи о несомненной неправильности, незаконности своих действий превращает внешне ошибочные действия в преступление. Очень важен анализ мотивов профессиональных деяний судьи. И здесь возникает их палитра от некомпетентности и ложно понятых интересов службы до пренебрежения должностными обязанностями.

К примеру, Сахалинский областной суд признал виновным исполняющего обязанности председателя Александровск-Сахалинского городского суда Сафина Р.Р. в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.305 УК Российской Федерации – вынесение заведомо неправосудного приговора, связанного с лишением свободы.

Естественно, этому предшествовало согласие квалификационной коллегии судей области на возбуждение уголовного дела в отношении судьи и решение коллегии о досрочном прекращении его полномочий. Что же побудило опытного судью совершить преступление? Стремление избавиться от уголовного дела по обвинению группы лиц в вымогательстве имущества, рассмотрение которого он же и  заволокитил.

Поэтому он провел очередное заседание суда с грубейшими нарушениями уголовно-процессуального закона по упрощенной схеме, на что не имел ни малейшего права. О его прямом умысле нарушить закон свидетельствовало то, что он ранее рассматривал подобное дело с точным соблюдением всех процессуальных требований, личное  признание, что он  знает требования закона и сознательно не соблюдал их.

Другой пример. Верховный Суд Республики Калмыкия признал судью Арбитражного суда Республики Калмыкия Логинова С.Н. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 305 УК Российской Федерации.

В основе решения суда лежали доказательства того, что опытный арбитражный судья грубо нарушил правила подсудности и подведомственности, приняв иск физических лиц к юридическим лицам, зарегистрированным и находящимся в г.Находке Приморского края,  рассматривал дело без участия ответчиков, не  извещенных надлежащим образом.

Более того, истцы даже не представляли суду доказательства о нарушении их прав и законных интересов и не могли обращаться с иском об истребовании акций, так как не являлись их собственниками. Судья с десятилетним стажем вынес решения, блокирующие деятельность юридических лиц в порту Находки. Суд  квалифицировал действия Логинова С.Н.

при принятии исковых заявлений, подготовке дел к судебным разбирательствам и в самом ходе судебных разбирательств как  незаконные и доказал главное: судья осознавал, что принимаемые им решения не соответствуют нормам права, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий и желал вынести именно эти решения, то есть действовал с прямым умыслом.

 Конечно же, бывший судья обжаловал это решение Верховного Суда Республики Калмыкия и пытался доказать, что совершил судебную ошибку, но Кассационная коллегия Верховного Суда РФ оставила приговор без изменения, подчеркнув в своем определении, что суждение о заведомости и неправосудности решения судьи основано на тщательном анализе материалов дела и является правильным.

Подобные преступления представляют особую опасность для состояния правосудия и, значит, для общества.

Если судья нарушил правила дорожного движения и совершил ДТП, а представление Генерального прокурора Российской Федерации по такому делу рассматривалось квалификационной коллегией судей, и судья был привлечен к уголовной ответственности, то в его деянии нет, так сказать, профессиональной судейской составляющей. Оно относится к разряду общеуголовных преступлений.

А вот когда судья умышленно принимает заявление истцов к рассмотрению, не имея права этого делать в силу неподсудности дела данному суду, а затем  с грубыми процессуальными нарушениями выносит решение в их пользу, то тем самым он совершает преступление с использованием служебного положения, действуя вопреки интересам правосудия.

Вынося заведомо неправосудный судебный акт, судья извращает суть и смысл своей профессии – служить закону. И, значит, сам исключает себя из профессионального сообщества.

Анализ работы квалификационных коллегий судей свидетельствует, что дисциплинарные меры, применяемые коллегиями в отношении судей, а это предупреждение, досрочное прекращение полномочий, связанное с лишением квалификационного класса, часто  хронологически предшествуют получению и рассмотрению представлений Генерального прокурора Российской Федерации.

Таким образом, дисциплинарная ответственность судьи перед профессиональным сообществом сочетается с уголовно-правовой ответственностью в тех случаях, когда есть основания для уголовного преследования судей.Ни для кого не новость, что в обществе бытует мнение, будто иммунитет избавляет судей от ответственности, снижает тяжесть наказания. Но правовая позиция выражена как раз в том, что иммунитет ни в чем и ни в коем случае не меняет суть и характер правонарушения или преступления. Совершенное преступление им же и остается, а особенности привлечения судей к уголовной ответственности заключаются в наличии установленных законом условий.Чтобы повысить уровень объективности, принципиальности в деятельности квалификационных коллегий судей, дать Высшей квалификационной коллегии судей возможность заново рассматривать представления Генерального прокурора Российской Федерации в первой инстанции в проект Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» в статью 17  было внесено дополнение о том, что Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации рассматривает представление Генерального прокурора Российской Федерации о пересмотре решения квалификационной коллегии судей субъекта Российской Федерации, отказавшей в даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судьи или привлечение судьи в качестве обвиняемого, на избрание в отношении судьи меры пресечения в виде заключения под стражу.За весь прошлый год было возбуждено восемь уголовных дел в отношении судей. Осуждены пять судей, в том числе четверо за преступления, предусмотренные  статьей 305 УК Российской Федерации.Много это или мало? Нам бы хотелось, чтобы таких дел не было вовсе. Потому, что не будет таких преступлений.

Источник: http://vkks.ru/publication/266/

Несколько слов о правосудии..

Признаки заведомо неправосудного решения

02 Август 2010

В древние времена говорили, что все дороги ведут в Рим;  сегодня же  они ведут в суд.

Именно суд является той последней правовой инстанций, где государство посредством судебной власти разрешает проблемы  граждан и юридических лиц и за которой дальше дороги нет.

  Поэтому все лица, пришедшие в суд с последней надеждой на справедливость (безусловно верят либо хотят верить) в правосудное решение их вопроса; иногда может быть даже и не в их пользу, но оно обязательно должно быть справедливым.

Однако, если бы в реальности всё обстояло именно так, то государство не объявляло бы борьбу с коррупцией в судебной системе, а в Уголовный кодекс РФ не вводилась бы статья 305, которая предусматривает ответственность за вынесение судьёй (судьями) заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта. В данной статье мы коснёмся анализа судебных актов, принятых по гражданским делам, под которыми будут пониматься  акты судов общей юрисдикции и арбитражных судов.

Правосудный судебный акт – это такое судебное решение (приговор, определение), которое принято при строгом  подчинении нормам процессуального права и нормам материального права.

Осуществление правосудия должно основываться только на подчинении закону, беспристрастности, справедливости,   честности судьи.

Однако каждый из судей в силу природных и приобретённых качеств обладает разным уровнем интеллекта и юридической квалификации, и соответственно имеют разное правосознание. Исходя из этого,  все судьи  понимают  и толкуют закон по-разному.  

Поэтому, если  судья (суд) при вынесении решения неправильно применил Закон, этот судебный акт может подлежать отмене вышестоящим судом,  но говорить в таком случае о заведомой неправосудности  решения оснований не будет, поскольку вышеуказанные принципы позволяют  судье по своему воспринимать обстоятельства дела и применять (толковать)  закон.   

Для того, чтобы подвести всех судей к единому пониманию закона и правильному применению правовых норм при схожих обстоятельствах дела в Конституции РФ и соответствующих Федеральных конституционных законах содержатся правила, согласно которым высшие судебные органы – Верховный  Суд РФ и Высший Арбитражный Суд  РФ  обобщают судебную практику и дают для нижестоящих судов разъяснения о применении закона при рассмотрении ими определённой категории дел.  Такие разъяснения (толкование)   являются для арбитражных судов Российской Федерации обязательными, на что ещё раз (и это важно!) указал  Конституционный Суд РФ в ч.2 п.3.1 постановления от 21.01.2010г. № 1-П.

Однако необходимо отметить, что во многих случаях судьи (суды) этими нормативными  разъяснениями вышестоящих судов не руководствуются и, иногда,  даже не знают о них, поскольку выносят решения, совершенно противоположные принятым  разъяснениям.

На данный момент по вопросам применения ст.305 УК РФ Пленум Верховного Суда  РФ соответствующего постановления не принимал. Поэтому при оценке судебного акта как заведомо неправосудного, с  нашей точки зрения, необходимо исходить из следующего.

В первую очередь на стадии возбуждения уголовного дела  должна быть ясность в том,  кто и как будет оценивать принятый в суде первой инстанции судебный акт, о котором делается заявление как о заведомо неправосудном.

Проблема заключается в том, что, если даже   решение суда первой инстанции будет  очевидно (явно)  являться    заведомо неправосудным, то  в силу действующих процессуальных правил,  никто,  кроме как вышестоящие суды при  пересмотре  дела в порядке апелляционного, кассационного, надзорного производства,  не вправе будет дать  этому судебному акту даже гражданско-правовую оценку  (не говоря уже об уголовно-правовой оценке и квалификации).

Однако даже при отмене незаконного  судебного решения вышестоящий суд лишь укажет  на допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального права или норм процессуального права (либо и того,  и другого),  но даст ему оценки с точки зрения явной неправосудности.  

В связи с этим закономерно возникает вопрос: на какой стадии судебного разбирательства дела может и должен ставиться вопрос о принятии заведомо неправосудного решения  и кто должен устанавливать состав этого преступления?

Может показаться, что на данный вопрос должен следовать однозначный ответ – следственные органы.

  Но надо иметь в виду, что следователь при установлении в действиях судьи признаков вынесения заведомо неправосудного решения  никогда не будет основываться на своей правовой оценке данного судебного акта, безусловно, следователь будет руководствоваться позицией вышестоящих судов по данному делу.

  Однако, как  уже указывалось,  вышестоящие суды в силу действующего процессуального закона не могут давать  по рассматриваемому  делу уголовно-правовой оценки.

Данный вопрос осложняется  тем, что вышестоящие суды в силу существующей, но не афишируемой корпоративной солидарности могут при обжаловании явно незаконных решений  судов оставлять их в силе, признавая, таким образом, их законность и обоснованность. В таких случаях заведомо неправосудное решение будет действовать и приносить свои «плоды», а у следователя не будет не единого шанса   его поколебать.

В результате получается замкнутый круг, из которого не видно выхода. А если учесть, что в отношении судей существует особый порядок уголовного преследования, то задача следователя осложняется многократно.   

Поскольку в настоящее время принятие судьёй (судьями) заведомо неправосудного решения  не является большой редкостью, при возникновении такого факта  необходимо исходить из следующего.

С нашей точки зрения заведомо неправосудным должен  считаться такой судебный акт, который не только противоречит  нормам материального права и нормам процессуального права, но, при принятии которого судья, несмотря на имеющиеся доказательства, явно и очевидно занимает позицию одной из сторон по делу.

Неправосудное решение, как правило, обладает следующими признаками:
1) принято в пользу лица, права и законные интересы которого нарушены не были, а, значит, не подлежали восстановлению либо оспариванию.

В этом случае решения всегда явится  неправосудным, поскольку будет принято в пользу ненадлежащего лица; 2)  удовлетворяемый интерес (требование) стороны не имеет под собой правовых оснований, т.е. отсутствуют сами обстоятельства, на которые делается ссылка для удовлетворения требований.

При этом суд не требует от «опекаемой» стороны представления ею каких-либо доказательств и не принимает во внимание любые возражения относительно этого от противоположной стороны;  3) суд в нарушение процессуального закона не устанавливает  фактические обстоятельства дела и не даёт оценки представленным сторонами доказательствам.

Поэтому   применённые судом нормы права квалифицируют какие-то абстрактные обстоятельства, что делает судебное решение неясным, необоснованным, немотивированным, как правило,   мотивировочная часть решения почти отсутствует.

 Например, с учётом того, что явно неправосудное решение в принципе невозможно мотивировать,  судья в зависимости от степени своей заинтересованности может,  содержание решения переписать с  искового заявления, которое удовлетворяется.4) выводы суда по делу прямо противоположны  применяемым при этом  судом нормам права и руководящим разъяснениям   высших судебных инстанций. 

На наш взгляд, наличие в судебном решении вышеуказанных признаков будет свидетельствовать о заведомо неправосудном судебном акте.

данной статьи основано на конкретных судебных решениях арбитражных судов.Специально для сайта «Культура права» юрист Макаров

Интересная статья? Поделитесь с другими:

Источник: http://www.kultura-prava.ru/index.php/component/content/article/3/115-2010-08-02-06-39-37.html

Преступления без наказания – реальность, так решил Конституционный Суд РФ

Признаки заведомо неправосудного решения
В Российской Федерации на официальном законодательном уровне утверждена схема освобождения судей от уголовной ответственности за вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта.

(статья 305 УК РФ) В  статью 448 УПК РФ внесена поправка, в соответствие с которой  Не допускается возбуждение в отношении судьи уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного статьей 305 Уголовного кодекса Российской Федерации, в случае, если соответствующий судебный акт, вынесенный этим судьей или с его участием, вступил в законную силу и не отменен в установленном процессуальным законом порядке как неправосудный. В основу указанной поправки легло Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18 октября 2011 г. N 23-П г. Санкт-Петербург «по делу о проверке конституционности положений статей 144, 145 и 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 8 статьи 16 закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина С.Л. Панченко». В соответствии со статьёй 448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении судьи принимается председателем Следственного комитета РФ с согласия соответствующей квалификационной коллегии судей, а в отношении судьи Конституционного Суда РФ, соответственно, с согласия Конституционного Суда РФ.

Однако в отношении статьи 305 УК РФ Конституционный Суд РФ постановил не совсем адекватный с точки зрения паритета законных прав судей и граждан вывод: Применительно к вопросу о возбуждении уголовного дела в отношении судьи по признакам преступления, предусмотренного статьей 305 УК Российской Федерации, устанавливающей ответственность за вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта, это означает, что квалификационная коллегия судей не вправе самостоятельно определять, является ли конкретный судебный акт неправосудным, т.е. оценивать его законность и обоснованность, в том числе с точки зрения правильности применения материального закона или соблюдения процессуальных правил, — такая проверка может осуществляться лишь в специальных, закрепленных процессуальным законом процедурах, а именно посредством рассмотрения дела судами апелляционной, кассационной и надзорной инстанций. Благими намерениями выложена дорога в ад. Особенно, если эти благие намерения исходят из уст слуг Дьявола. Вспомним, например, Определение Конституционного Суда РФ от 17.01.2013 N 1-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Канарского Дениса Игоревича на нарушение его конституционных прав статьей 328 и частью пятой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», которым Конституционным Суд РФ принял новое решение, прямо противоположное ранее вынесенному и неотмененному Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2010 года № 10-П, в котором Конституционный Суд Российской Федерации признал часть первую статьи 320, часть вторую статьи 327 и статью 328 ГПК Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они, в частности, не предусматривают правомочие суда апелляционной инстанции направлять гражданское дело мировому судье на новое рассмотрение в случаях, когда мировой судья рассмотрел дело в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания.

Вот и в этот раз Конституционный Суд РФ исходил из целей соблюдения гарантии неприкосновенности судей при осуществлении  ими правосудия. Как говорится, хотели как лучше, а получилось не совсем честно, даже не просто не совсем честно, а аморально, преступно.

Ни для кого не  секрет, что в настоящее время в судах действует принцип корпоративного взаимодействия судей при осуществлении правосудия. Что этот принцип представляет  из себя на практике. При рассмотрении в суде по первой инстанции дел различных категорий с одной стороны, участвующей в деле (истец, ответчик, третье лицо, подсудимый, потерпевший, гос. обвинитель и т. д.) начинает действовать определенный интерес, который доводится до судьи тем или иным образом, как напрямую, так и через вышестоящий суд. За редким исключением судьи выносят заведомо неправосудные приговор, решение или иной судебный акт действуя единолично. В основе своей свои решения по делу судьи первой инстанции предварительно согласовывают с вышестоящим судом, так сказать, заранее заручаются поддержкой вышестоящего суда-того самого суда, который именуется апелляционной инстанцией, либо непосредственно получают от него указания о том, как должно быть рассмотрено и разрешено конкретное дело. В результате чего заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты «устоят» при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Далее как по накатанной.

Кассационная жалоба на судебные постановления поступает…правильно, в этот же суд, сплоченный узами корпоративного братства, и, в основе своей, прикрывается определением судьи об отказе в передаче кассационной жалобы в судебное заседание суда кассационной инстанции, потому что кассационная жалоба не содержит оснований для отмены судебных постановлений, предусмотренных ст. 387 ГПК РФ, а сама кассационная жалоба направлена на иную переоценку доказательств, данных ранее судами нижестоящих судебных инстанций, что является недопустимым с точки зрения закона, так как фактически направлено на повторный пересмотр судебных постановлений.  Что, однако, не помешало Бабушкинскому районному суду города Москвы в 2011 году повторно пересмотреть  свое решение от 2009 года, которое утвердил Московский городской суд, и уже эти судебные постановления «затвердил» Верховный Суд РФ. Согласно п.п. 2 п. 1 ст. 134 ГПК РФ Судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям или определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон. Однако, кто, что и когда мешало российскому суду переступить через закон? Никто, ничто и никогда.

Далее дело попадает и по второй и по третьей(!?) кассационной инстанции, где уже в принципе никто и ничего не читает. Что само по себе уже является отдельным составом преступления, вот только пострадавшим от этого не легче. Об этих страшных людях ещё в далеких 30-х годах написал Михаил Булгаков в своем романе «Мастер и Маргарита».

…тут Иван Николаевич поднял свечу и вскричал: − Братья по литературе! (Осипший голос его окреп и стал горячей.) Слушайте меня все! Он появился! Ловите же его немедленно, иначе он натворит неописуемых бед!

− Что? Что? Что он сказал? Кто появился? − понеслись голоса со всех сторон.

Консультант! − ответил Иван, − и этот консультант сейчас убил на Патриарших Мишу Берлиоза.

До надзора вообще доходят единичные дела. Таким образом, Конституционный Суд РФ, дал гарантию судьям не только на невмешательство в их деятельность при отправлении правосудия, но и гарантию на освобождении от уголовной ответственности за вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иных судебных актов, если они не были отменены в процессуальном порядке в вышестоящих судебных инстанциях.

Указанное Постановление Конституционного Суда РФ, новая часть 8 статьи 448 УПК РФ вступили в явное противоречие с частью 2 статьи 21 УПК РФ в соответствии с которой В каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные настоящим Кодексом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления. Ни Конституционный Суд РФ, ни Государственная Дума РФ, ни Совет Федерации, ни Президент РФ ни иные субъекты законодательной инициативы так и не дали ответов на вопросы о том, каким образом должны быть привлечены к уголовной ответственности судьи:

1. Вынесшие заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты, если они не были отменены в процессуальном порядке в вышестоящих судебных инстанциях? 2. Утвердившие в апелляционном порядке заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты или отменившие ранее вынесенные судом первой инстанции приговор, решение или иные судебные акты и постановившие в новом судебном постановлении заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты? 3. Отказавшие заведомо незаконно в рассмотрении кассационной или надзорной жалобы, которыми оспариваются вынесенные судьей заведомо неправосудные приговор, решение или иные судебные акты? 4. Вынесшие заведомо незаконные судебные постановления по делу об оставлении в силе заведомо неправосудных приговора, решения или иных судебных актов? Именно поэтому у меня, простого гражданина, возник элементарный вопрос: «Как, каким образом при осуществлении чиновниками России всей мощи государственных полномочий на весах Российской Фемиды на одной чаше весов оказались интересы судей, а на вторую чашу весов никто так и не удосужился положить интересы граждан?»

Именно поэтому я настаиваю на пресечении беспредела со стороны судей при осуществлении правосудия связанного с их корпоративной солидарностью, что в соответствие с частью 7 статьи 35  УК РФ квалифицируется не иначе как Совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом. И не стоит забывать о том, что ни одно преступление не должно оставаться безнаказанным!

Источник: https://pravorub.ru/articles/42365.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.